• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: кэмерон, джулия (список заголовков)
08:01 

Джулия Кэмерон. Право писать: Приглашение и приобщение к писательской жизни


«Иначе говоря, эта книга не столько о том, как писать, а о том, зачем.
Так зачем же?
Писать следует потому, что такова природа человека. Так мы заявляем свое право на личную вселенную. Писать следует потому, что люди – духовные существа, а писательство – мощная разновидность молитвы и медитации, помогающая глубже понять самих себя, а также установить связь с более высоким и глубоким источником внутренней мудрости.
Следует писать, потому что это прибавляет ясности и страсти проживаемой жизни. Это чувственный, практический, заземляющий опыт. Писать следует потому, что это полезно душе. Писательство накапливает наше наследие, пролагает осязаемый путь в этом мире.
Но прежде всего писать следует потому, что мы – писатели, независимо от того, считаем ли мы себя ими или нет. Право писать – наше неотъемлемое право, духовное приданое, что дает ключи от королевства. Высшие силы говорят с нами, когда мы пишем. Зовите их вдохновением, музами, ангелами, Богом, интуицией, наставлением или просто хорошей байкой – как ни поименуй, они объединяют нас с чем-то бо́льшим, чем мы сами, прибавляют сил и оптимизма.»

«Кабир пишет: «Думал я, что правда – на краю земли, а она повсюду, где бы мы ни шли»[4], – и к писательству это тоже относится. Где бы ни был, ты всегда там, где должен быть. Вовсе не обязательно сначала что-то в себе исправлять, перешнуровывать душу и начинать на высоте. Начинайте там, где вы есть. »

«Бытуют мифы, будто писать – мучительное занятие. Мы им верим и даже не беремся, а если все-таки пытаемся, и оказывается, что это легко и просто, мы останавливаемся, замираем и убеждаем себя, что у того, чем мы занимаемся, с «настоящим» писательством нет ничего общего. »

«Если прекратить убеждать себя в необходимости добиваться признания, очень многим понравилось бы писать. »

«Самое простое и умное из всего, что мне довелось узнать о писательстве, – важность умения ориентироваться в пространстве. Писать – значит выкладывать что-то вовне, а не закукливаться внутри. Когда пытаюсь «выдумать что-то из головы», приходится до чего-то дотягиваться, достигать. Писательство делается столь возвышенным, что его и не ухватить. Когда пытаюсь что-то выдумать, я силюсь. А когда, напротив, сосредоточиваюсь на том, чтобы просто записывать, ощущаю внимательность, а не напряжение.
Иными словами, это искусство писать под диктовку, а не диктовать самому. Вникая, я просто записываю все, что слышу, моя задача – не порождать поток идей, а лишь записывать его. Когда же писать бывает трудно – это потому, что я пытаюсь говорить на бумаге, а не слушать. »

«Позвольте себе писать – и это наполнит ваше сердце и страницы и поможет наполнить жизнь.»

«Писать – это лекарство. Это действенное противоядие для душевных ран. Это прекрасный спутник в любых трудных переменах. Поскольку писать – значит не только изобретать, а еще и наблюдать, к переменам можно относиться не только с опаской, но и с любопытством. Когда пишем о них, будто помогаем им свершиться, идем им навстречу. Это позволяет нам переписать свою жизнь. »

«Если заниматься этим все время, хоть в настроении, хоть без него, это дает нам власть над собственными писательскими способностями. Так мы покидаем мир заклинаний, в котором стоим на скале одни-одинешеньки и вымаливаем у ветра вдохновение – теперь это просто, как взять молоток и забить гвоздь. Литературное творчество может быть и искусством, но в первую очередь это ремесло. Это просто и посильно, постоянно и предсказуемо, как работа по дому – разве это менее романтично?»

«Драма в жизни нередко мешает нам запечатлевать драму на бумаге. Иногда она случается, и мы теряемся в собственном эмоциональном ландшафте. Когда это происходит, необходимо наладить связь со своими эмоциями – с помощью строк. Сформулировать, какой была наша жизнь до, во время и после. Этот метод – личное противоядие от чрезмерной драмы.»

«Чтобы писать, нужно жить. И примечать. Писать – значит видеть, слышать, чувствовать, обонять, осязать. А не только думать. Мы полагаем, что «писатели» должны быть «умными». Хотя вообще-то мы под «умом» подразумеваем «хитроумие». Все знают, что такое хитроумие – поворот фразы, как «мазерати» на полном ходу, ловкое словцо, найденное так споро и изящно, не нам тягаться. Да, можно писать и так, зрелищно, однако можно и по-другому.»

«Писать – значит выстраивать связь, связь писателя прежде всего с самим собой, и уже потом с окружающим миром. Чтобы практиковать самовыражение, нужно уважать этот порядок. Мы обязаны защищать свою самость, чтобы было что́ выражать. Мы должны относиться к своим текстам с осторожностью, как будто у них есть ценность.»

«Труд писателя – это общение, но это общение начинается прежде всего изнутри. Самость обращается к писателю, а писатель – к Самости. И суть этого общения писатель передает миру. »

«Осознанное использование звуков в тексте – как и хорошее звуковое сопровождение к фильму – будоражит подсознание. Звуки незаметно для нас вызывают целый ряд ассоциаций и более сильных ощущений, чем одни только зрительные образы. Благодаря звукам наши тексты «звучат» лучше – во всех смыслах.»

«Писатель, творя от сердца, пишет о том, что важно для него лично, и тексты получаются очень личными и сильными. Когда писатель сочиняет то, что, как ему кажется, нужно рынку – иными словами, без личной вовлеченности, – писательская планка обычно падает вместе со ставками.
Наша писательская обязанность – проделать необходимую работу честности: определить, что для нас важно, и постараться писать об этом. Для этого может понадобиться немало смелости. Это может означать, что мы не сразу получим поддержку тех, кто принимает решения, связанные с рынком. »

«Писатели медлят, потому что не чувствуют вдохновения. Вдохновение – роскошь. Писать – и писать отменно – можно и без вдохновения. »

«Писатели привыкают откладывать. Это позволяет им заняться кое-чем еще вместо работы, а именно: презирать самих себя. Писатель, который не пишет, обычно мучается от угрызений совести и занимается самобичеванием. Откладывание на потом очень похоже на пьянство: эдакая маленькая позорная тайна.»

«В корне откладывания на потом лежит желание верить фантазиям. Мы ждем того загадочного и прекрасного мгновения, когда мы сможем не просто писать, но писать безупречно. Стоит позволить себе писать несовершенно, возникает позволение писать вообще. Очень полезно поймать себя на нездоровом пристрастии к перфекционизму. Вместо того чтобы говорить: «Я жду подходящего момента, чтобы писать», попробуйте сказать: «О, у меня опять приступ перфекционизма». А потом позвольте себе писать – не идеально. »

«Я верю, что люди имеют право писать. Писатели – не лосось, и выживают не только сильнейшие и даровитейшие. Я знаю – из своего же преподавательского опыта – что некоторые прекраснейшие голоса заглушаются зря. Обычно это жестокий учитель или родитель, какой-нибудь неприятный случай, досадное происшествие, связанное с их творчеством. И моя цель – помочь возродить эти голоса. Некоторым моим ученикам далеко за пятьдесят, они всегда хотели писать – и когда все же начинают, они пишут, как ангелы. У всех нас есть право писать. »

«Я хочу, чтобы все мы писали. Я хочу, чтобы мы вспомнили, что раньше писали все. Пока не было телефонов, мы писали друг другу письма. Сейчас у нас есть для этого электронная почта, и, как мне видится, это восстанавливает равновесие. Мы слишком спешим по жизни – и осознаем это. Уделяя время, чтобы писать, мы заземляемся. Когда описываем, что чувствуем, мы и сами узнаем об этом. Когда пишем друг другу, мы лучше друг к другу относимся. »

«Писать – активная форма медитации, которая позволяет нам переосмыслить собственную жизнь и посмотреть, где и как ее можно изменить и усовершенствовать. »

«Да, писать – это искусство, но быть человеком – тоже искусство. Чтобы быть настоящим человеком, все мы имеем право творить. Все мы имеем право писать.»

@темы: Кэмерон, Джулия, жизнь, писательство

07:53 

Джулия Кэмерон. Путь художника. Ваша творческая мастерская


«Вся жизнь, в которой обязанностью похвалить маленького человека обычно пренебрегают, зато пользуются любой возможностью его пристыдить, учит ребёнка тому, что привлекать к себе внимание – опасно.»

«Если вы чувствуете застой – в собственной жизни или в творчестве, – редкое средство оказывается более действенным, чем неделя воздержания от чтения.
Что, нельзя читать? Именно так: нельзя читать. Для большинства художников слова – это маленькие транквилизаторы. Существует предельная норма «газетных тонн», которую мы можем проглотить в день. Как жирная пища, они забивают нашу систему жизнеобеспечения. Стоит немного переборщить – и мы чувствуем себя отвратительно.
Парадокс заключается в том, что, удаляя из жизни все, что может нас отвлечь, мы наполняем колодец. Не тратя внимания на чепуху, мы возвращаемся в мир чувств. »

«Воздержание от чтения очень действенная методика, хотя многих она страшит. Одна мысль об этом может вызвать безудержную ярость. Для большинства находящихся в тупике творческих людей чтение – это зависимость. Мы пожираем чужие слова, вместо того чтобы разобраться в собственных мыслях и чувствах и создать что-нибудь самим. »

«Успешная творческая карьера всегда строится на успешных творческих неудачах. Уловка в том, чтобы выжить. И сделать это намного проще, зная, что в свое время с этим сталкивались даже великие. »

«Вопрос: Расскажите о двух основных упражнениях этой книги – утренних страницах и творческих свиданиях.
Ответ: Утренние страницы – это написанные от руки три страницы, фиксирующие утренний поток сознания. Воспринимайте их не как искусство, а как активную форму медитации для жителей Запада. В утренних страницах мы объявляем миру – и самим себе – о том, что нам нравится и что не нравится, чего мы желаем, на что надеемся, о чем жалеем, что планируем.
Творческие свидания, которые, напротив, дают нам возможность воспринимать, – это запланированные заранее несколько часов в одиночестве, потраченные на что-либо приятное с целью заботы о своем творческом сознании.
Сочетаясь, обе эти практики образуют «эффект радио». Утренние страницы уведомляют и разъясняют, посылая сигналы в зеленую пустоту; одиночество творческих свиданий позволяет нам получить ответ на заданный вопрос.
Утренние страницы и творческие свидания нужно сначала практиковать, а потом пытаться давать им объяснение. Так, читать про бег совсем не то же самое, что надеть кроссовки и отправиться на беговую дорожку. Карта вовсе не то же самое, что местность. Так что очень сложно сказать заранее, как смогут повлиять на вас утренние страницы и творческие свидания. »

«Вопрос: Как я смогу улучшить свои способности к генерированию новых идеи?
Ответ: Научитесь не обращать внимания на внутреннего критика – своего Цензора. Несмотря на то что вам, скорее всего, не удастся избавиться от него окончательно, вы воспитаете в себе привычку работать, не обращая внимания на его скепсис. Когда мы используем утренние страницы и творческие свидания – формы, специально нацеленные на восстановление связи с нашей глубинной сущностью, – мы улучшаем свои способности черпать новые идеи. По мере того как мы устраняем помехи, создаваемые старыми привычками и преградами, преодолеваем сомнения и развиваем в себе чуткость, мы становимся все более восприимчивыми к творчеству и его иногда почти неуловимым импульсам. »

««Путь художника», «Золотая жила Бога» и другие мои пособия являются исключительно практическими. Они нацелены на то, чтобы научить людей воспринимать и менять жизнь с помощью творчества, а не теории. Как творческий человек я знаю об этом. «Путь художника» и остальные мои книги – квинтэссенция тридцати лет творческой работы. »

@темы: Кэмерон, Джулия, творчество

Цитаты из прочитанных книг

главная